Service Menu

Бельчик


Дед и внук каждый день гоняли отару на водопой в ложбину, к прозрачной быстрой речке.
Однажды дед отстал и крикнул:
— Сам пригони овец на стоянку, а я соберу дров!
По дороге Шериг-оол наткнулся на какого-то рыжего зверька. Тот лежал, вытянувшись, у корней толстого кедра. Мальчик стал его рассматривать и понял: это был бельчонок. Ушки торчком, хвост большой, пушистый. Показалось сперва, что зверёк мёртвый. Но нет, он дышит, живот двигается. Шериг-оол посмотрел вверх по стволу, но ничего, кроме птичьего гнезда, не заметил, и тогда осторожно — не укусил бы! — он взял зверька в руки. Тот почти не шевелился, только рот открывал, как голодный птенец. Мальчик торопливо погнал отару. Скорей домой!
Войдя в юрту, он сразу протянул бельчонка бабушке. Оторвав­шись от шитья, она глянула на зверька и вскрикнула:
— Ой! Да ты что!
— Это бельчонок, бабушка.
— Зачем ты взял его в руки? Выбрось подальше! Кто знает, от чего он подох? От какой болезни? Ты напугал меня, дурачок!
— Нет, бабушка, бельчонок живой. Я его под кедром нашёл. Он от меня не убежал: не боится.
— А если не боится, значит, больной! Отнеси его в лес! А то ещё, не дай бог, сам заболеешь!
Но Шериг-оол осторожно положил бельчонка на коврик и тихонько погладил его пушистые ушки и рыжий хвостик.
Пришёл дед с вязанкой дров. Шериг-оол быстро рассказал ему про бельчонка.
— Ну-ка, покажи. Вроде живой. — Дед положил зверька на ладонь. — Проголодался он. Живот совсем пустой. Видно, мать потерял. Подогрейте ему молока.
Но как ни старались дед с внуком напоить бельчонка молоком, ничего у них не получилось. Зверёк крепко стиснул зубы и не пил с ложечки. Раскрыть его рот не удавалось. Наконец дедушка придумал. Они смочили в молоке кусок марли и втолкнули его бельчонку в рот. Он начал сосать. А через некоторое время открылись его ясные чёрные глазки.
— Теперь не трогай его. Положи в ящик. Пусть сил набирается, — сказал дед.
Шериг-оол положил шерсть на дно фанерного ящика и бережно опустил в него бельчонка.
— А где же его мать, дедушка?
— Наверное, какой-нибудь хищник съел.
Утром Шериг-оол только проснулся — и сразу к ящику. Бельчонок моргал глазками, ему хотелось шевелиться, но он был ещё слаб. Только на третий день зверёк окреп. Глазки его бегали, сам он прыгал в ящике и выглядывал в дырочку. А на пятый день дед предложил внуку освободить бельчонка, посмотреть, убежит он или нет. Шериг-оол боялся, что бельчонок убежит, но пришлось послушать деда. Зверёк радостно прыгнул в траву, а потом быстро вскарабкался на ограду загона и побежал по жердине. Чурекпен заметил его и залаял. Бельчонок испугался, спрыгнул на землю и кинулся к лиственнице, которая стояла недалеко от юрты. Минута — и он был на дереве.
— Бельчик! Бельчик! Иди сюда! — кричал Шериг-оол. Но зря. Бельчонок не только не спускался вниз, но поднимался всё выше и выше.
Мальчик загрустил. Тогда дед предложил:
— А ты налей молока в блюдце и позови бельчонка. Шериг-оол выбежал из юрты с блюдцем и снова закричал:
— Бельчик! Бельчик!
К его удивлению, бельчонок полез по стволу вниз. Добравшись до самого нижнего сучка, зверёк улёгся на нём.
— Бельчик, иди ко мне! — И Шериг-оол протянул вверх комочек марли, смоченный молоком. Бельчонок спрыгнул к нему на плечо и начал сосать марлю. Радости Шериг-оола не было границ.
— Бабушка, смотри, он спустился!.. Дедушка! — кричал он. — Теперь я его не отпущу, он мой! Он будет сидеть в ящике!
— Нельзя, внучек, держать его в ящике. Он подохнет. Пусть гуляет на воле. А к тебе он будет приходить пить молоко.
Дед оказался прав. Бельчонок, как только видел блюдце, сразу прибегал. А бывало, и сам, без зова, проголодавшись, появлялся около юрты.
Шериг-оол играл со зверьком — они бегали наперегонки вокруг загона.
И всё-таки зверёк пропал. Его искали повсюду.
— Дедушка, а может, его Чурекпен съел?
— Нет, дорогой мой, Чурекпен есть бельчонка не станет.
— Зачем он ушёл! Как жалко! Красивый был мой бельчонок! Ах, надо было посадить его в ящик...
— Не говори так, милый, — сказала бабушка. — Живое существо на земле живёт, а не в коробке.
А Шериг-оол ещё долго вспоминал своего шустрого быстроглазого Бельчика.