Service Menu

Учусь ловить рыбу руками


Необыкновенная собака мой Калдарак! И ест не так, как все собаки. Помоев лакать не станет. Обглоданную кость не тронет — хоть чуточку мяса надо на ней оставлять. Жирного супу из деревянной чашки поест. Муку тоже ест с удовольствием. Дедушка Мыйыт мне всегда говорил: лучшего друга — собаку охотник должен кормить, как себя самого.
Как-то летом долго к нам в Салдам самолёты не летали. Баржа с мукой тоже не приходила: обмелел Енисей, через пороги не подняться. И не стало у нас в доме муки. Свил я тогда волосяную петлю и пошёл на реку — рыбы для Калдарака наловить. Шиней с собой взял.
В излучине ива склонилась над водой. Рядом — развороченная волнами коряга.
— Ой, сколько рыбы под корнями, гляди! — кричит Шиней.
Смотрю — рыба и вправду кишмя кишит. Закидываю петлю раз, закидываю другой — нет улова! Тут ещё пятнистый налим по дну прополз. Расплылись-разбежались рыбёшки, от него спасаясь. Замутилась вода.
— Гони мне рыбу сверху! — кричу Шиней.
Она давай камушками кидаться. Посветлела немного вода. Вижу, рыбы мимо моей волосяной петли плывут.
— Попалась рыбка? — спрашивает Шиней.
— Вниз вся уплыла. Снизу подгоняй!
Калдарак лежит под деревом, скучает: я же не звал его! Так и разбирала, признаться, охота кликнуть пса, чтобы погоняться за рыбой, — нет, не стал звать, сдержался. Как назло, ни одна рыбёшка не попадается. Досада берёт.
— Справа, гляди, кто-то воду мутит! — кричит Шиней.
И вправду: под густыми ветвями ивы, в тени, под корнями — рыба! И не сочтёшь. Сунул руку в воду — холодно. Зато там, прямо под дёрном, рыба так и снует. Выбрал я хариуса покрупнее, хвать — нет, выскользнул. Вытащил руку из воды — покраснела, застыла, пальцы не слушаются. Ключ ледяной там, что ли? Кое-как отогрел пальцы за пазухой — и снова в воду. Ага, попалась рыбёшка!
— На, Калдарак, ешь! — первую добычу собаке моей отдаю.
Каждый день с той поры стали мы к излучине, где ива реке кланяется, за рыбой ходить. Что поймаем — поделим с Шиней поровну. Самую крупную рыбу отдаю Калдараку. Только много мы не ловили: зачем нам много? Не больше десяти рыбок в день. Дойдёт солнце до хребта Башкы-Толуг — домой торо­пимся. Рыбок за жабры на ивовый прут нанижем, добычу несём. Калдарак сле­дом бежит.