Service Menu

Коолу-Сандак


Давным-давно жил парень, которого звали Коолу-Сандак. Однажды он решил, что пора ему представиться хану. Он сел на своего единственного коротконогого сивого коня и приехал к юрте Ай-хана. Вошел, вежливо поздоровался и сел у очага.

— Кто ты, зачем пришел? — спросил хан.

— Я — Коолу-Сандак. Я решил, что подданный хана должен представиться самому хану.

– Правильно, правильно, — сказал хан и подвинул к нему чашу с мясом.

Коолу-Сандак начал есть. Ему попалась толстая кость. Он взял ее, повертел в руках и стал беспокойно оглядываться по сторонам.

— Что ты ищешь? — спросил хан.

– Я ищу, на чём бы разбить эту кость, — ответил парень.

Хан вытащил из сундука большую монету – пятьдесят серебряных ланов. И бросил ее Коолу-Сандаку.

— На, подложи под кость!

Коолу-Саидак взял монету и снова стал оглядываться.

— А теперь что ты ищешь? — спросил хан.

— Теперь я ищу, чем бы разбить кость,— ответил парень.

Хан полез в сундук и бросил парню еще одну такую же монету.

— На, разбей!

Коолу-Сандак разбил кость, высосал мозг, положил обе монеты за пазуху, попрощался и ушел. Хан и слова сказать не успел. Он рассердился и позвал слугу.

— Я дал Коолу-Сандаку сто серебряных ланов, чтобы было на чем разбить кость, а он положил деньги за пазуху и ушел. Беги вслед, забери монеты!

Слуга нашел Коолу-Сандака дома.

— Наш хан дал тебе сто ланов. Я приехал за ними!

— Когда хан что-нибудь дает, он не должен забирать назад. Так и передай хану, — ответил парень.

Слуга вернулся и передал Ай-хану слова Коолу-Сандака. Хан задумался. «Надо его в чем-нибудь обвинить, отрубить голову и тогда уж забрать деньги. Но в чем его обвинить?» Всю ночь думал хан. А утром крикнул:

— Пусть придут ко мне десять начальников и десять чиновников!

Пришли десять начальников. Прибежали десять чиновников. Хан сказал:

— Мне надо в чем-нибудь обвинить Коолу-Сандака и отрубить ему голову. Десять начальников! Возьмите десять одинаковых табакерок и одновременно протяните их Коолу-Сандаку, когда он придет. А когда он вернет их — смотрите, чтоб не перепутал! Если перепутает — рубите голову! Десять чиновников! Раскурите десять одинаковых трубок и одновременно подайте их Коолу-Сандаку, когда он войдет. А когда он покурит и вернет их — следите, чтоб не ошибся! Если ошибется — рубите голову! И еще. Около коновязи рассыпьте овечий помет, полейте его водой и заморозьте. Когда Коолу-Сандак будет привязывать коня, смотрите во все глаза. Если этот парень поскользнется — обвините его в том, что он поклонился не хану, а столбу, и рубите голову! Если же он всюду сумеет вывернуться, то неожиданно дайте ему в руки полную до краев пиалу горячего-горячего чая и, если он хоть немного прольет — обвините его в неуважении к хану и рубите голову!

Назавтра двое слуг поехали за Коолу-Сандаком. Двое других заморозили воду вокруг коновязи. Приготовились десять начальников. Раскурили трубки десять чиновников.

По дороге слуги сказали парню:

– Ты должен остановиться у ханской коновязи.

Коолу-Сандак быстро привязал коня. А когда шагнул назад, чуть покачнулся и со смехом сказал:

– Я чуть было не поскользнулся, чуть было вместо хана не поклонился столбу!

Он вошел в ханскую белую юрту и сказал:

– Здравствуйте, хан! Здравствуйте, десять начальников, здравствуйте, десять чиновников!

В это время десять начальников протянули ему десять табакерок. Коолу-Сандак взял их, понюхал табак и вернул. Тут десять чиновников подали ему десять трубок. Парень по очереди затянулся из каждой трубки и вежливо отдал назад. Не успел он и глазом моргнуть, как кто-то, подошедший сзади, сунул ему в руки полную до краев пиалу горячего-горячего чая. Коолу-Сандак выхватил из-за пазухи четки, положил их на ладонь, а на четки поставил пиалу и спокойно выпил чай. Потом вышел из юрты, сел на своего коротконогого сивого коня и уехал домой.

— Он не перепутал, мы не смогли его обвинить, — сказали хану десять начальников.

— Он не ошибся, нам не в чем было его обвинить, — сказали хану десять чиновников,

— Что за кулугур! — вскричал хан. — Ну ничего. Завтра я должен представиться великому хану, солнечному хану — Хюн-хану! Этого парня я возьму с собой. По дороге я сумею его в чем-нибудь обвинить!

На другой день слуга привел Коолу-Сандака к хану.

— Я еду представляться великому Хюн-хану, — сказал Ай- хан. — Ты поедешь со мной. — Он надел высокую шапку с шариком, сел на коня и направился на юг. Коолу-Сандак поспешил за ханом. Они ехали по широкой желтой степи. Подул ветер. Через степь катились, гонимые ветром, кустики перекати-поля.

– Пойди, парень, спроси их, откуда и куда они катятся, — сказал хан, а сам подумал: «Если он скажет, что это — шапка черта[1], я отрублю ему голову».

Коолу-Сандак погнался за одним кустом, потом за другим. Вернувшись, он сказал:

Они мне ответили так: «Мы вышли из земли в среднем месяце весны, а в среднем месяце осени оторвались от земли. Сейчас мы спешим к оврагу, там собираются все наши братья».

Хан прикусил язык. Поехали дальше. На вершине горы хан увидел белый снег.

— Пойди, парень, спроси, откуда и куда едет белый всадник, стоящий на той горе, — сказал он, а сам подумал: «Если он скажет, что это — снег, я отрублю ему голову».

Коолу-Сандак поехал к горе. Он долго около нее простоял. А когда вернулся, сказал:

— Белый всадник мне ответил так: «Недавно, в среднем месяце осени, я приехал из верхнего мира, а в среднем месяце весны поеду в нижний мир».

Хан опять прикусил язык. Поехали дальше. Навстречу им скакал на вороном жеребце черный человек в черном шелковом халате. Ай-хан соскочил с коня, поклонился черному человеку, подбежал к нему и начал с ним разговаривать. Коолу-Сандак остался на коне. Черный человек вдруг глянул на Коолу-Сандака.

— Что за собаку ты за собой водишь?! — крикнул он Ай-хану, завернул коня и ускакал.

Ай-хан с парнем вернулись в аал.

— Мои начальники и мои чиновники! — закричал хан, — Коолу-Сандак — преступник. Пора ему отрубить голову! Oн, мой слуга, видел, как я поклонился Хюн-хану, а сам даже ё коня не сошел! Ведите его на казнь.

Начальники и чиновники взяли парня под руки и повели. Коолу-Сандак сказал им:

— Разве это был сам Хюн-хан? Не может быть! Подчиненный ему Ай-хан и тот вел с собой одного слугу — меня, а тот ехал совсем без слуги, один на вороном жеребце! Я про него подумал: «Это слуга какого-то хана».

Начальники и чиновники удивились.

— Если ты сказал неправду, мы тебе отрубим голову! — сказали они.

— Пойдите спросите у хана, правду ли я сказал, — ответил парень.

Начальники и чиновники побежали к Ай-хану.

— Хюн-хан ехал один или со слугой? — спросили начальники.

— Один,— ответил хан.

— Хюн-хан ехал один на вороном жеребце? — спросили чиновники.

— Да, один на вороном жеребце,— ответил хан.

– Коолу-Сандак прав,— сказали начальники.

– Да, он прав, мы не будем рубить ему голову,— сказали чиновники.

И они отпустили находчивого парня.

Записал М. Дербет-оол. На русском опубликовано в сборнике «Тувинские народные сказки. Издательство «Наука», главная редакция восточной литературы. Москва - 1971




[1] Перекати-поле по- тувински — шапка черта.