Service Menu

Лентяй Ак Чалгаа


Это было давным-давно — когда из ноздрей лисицы соль сыпалась, а на ушах белки огонь мерцал. Вот как давно это было.
Жил-был старик Ак Чалгаа со старухой. Имел он белого коня и черную собаку. Был он большой лентяй — если на правом боку лежал, ему лень было на левый повернуться. Целый день валялся в юрте.
Счала думать жена, как мужа от лени излечить и надумала. Заняла у соседей бычий пузырь с маслом и спрятала его вбли­зи юрты среди щепок. Вернулась в юрту и ну тормошить Ак Чалгаа, да уговаривать:
— Люди говорят, если хозяин выйдет из юрты — добыча будет. Выйди ты хоть сегодня из юрты.
Попробовал было от нее старик отмахнуться, на другой бок перевернуться, да куда там. Крепко стоит на своём старуха.
Делать нечего, — потягиваясь и зевая, вышел Ак Чалгаа из юрты и сел возле щепок. Ждет, когда добыча сама к нему при­дет. Вдруг видит, среди щепок что-то лежит. Разгреб щепки, а там пузырь с маслом. Обрадовался Ак Чалгаа, поспешил в юр­ту добычей похвастаться.
— Вот видишь, — говорит старуха, — а ты мне не верил. Если такой мужчина, как ты, будет искать добычу, то обяза­тельно ее найдет.
Еще больше возгордился от этой похвалы Ак Чалгаа и ре­шил отправиться на охоту. Оседлал он белого коня, взял с собой черную собаку и поехал искать добычу.
Долго ехал Ак Чалгаа, но никого не увидел, ничего не услышал. Устал он и думает:
«Лучше бы я в юрте лежал. Это все старуха виновата. Но теперь делать нечего — стыдно без добычи домой возвра­щаться».
Едет он дальше. Вдруг на опушку леса выбежал большой заяц. Обрадовался Ак Чалгаа и натравил на него черную соба­ку. Только стала собака настигать зайца, как он заскочил в нору.
Подъехал к норе Ак Чалгаа, привязал собаку к поводу лошади, а ружье — к седлу.
Один выход норы он заткнул своей шапкой, а в другой стал заталкивать ветку тальника. Выскочил тогда заяц из норы с шапкой Ак Чалгаа на голове и помчался прочь. За ним погна­лась черная собака, волоча за собой белого коня.
Остался Ак Чалгаа без коня и без собаки, без ружья и без шапки.
— Вот, — думает, — тебе и добыча. — И опять он стал ру­гать и винить во всем свою старуху.
Побрел Ак Чалгаа по следам и стал спрашивать каждого встречного, не видал ли кто зайца в шапке и коня с ружьем. Но в ответ люди только смеялись над ним.
Много дней прошло, много земли исходил Ак Чалгаа в бес­полезных поисках. Пришел он, наконец, к аалу Караты-хана. По­смотрел на себя: идики дырявые, одежда рваная. Стыдно в та­ком виде в аал заходить. Прилег Ак Чалгаа в ложбинке и смот­рит, что возле ханской юрты делается.
А юрта у хана белая да большая, девять добрых коней вокруг не объедут. Вдруг, словно второе солнце на небо взо­шло, — вышла из юрты ханская дочь — Золотая царевна. Зашла она в ложбину, где лежал Ак Чалгаа, насобирала разно­цветных камушков и вернулась в юрту.
Смотрит Ак Чалгаа: там, где царевна собирала камушки, что-то блестит. Подошел Ак Чалгаа поближе и увидел золотой браслет. Засыпал его камушками и снова стал наблюдать за ханской юртой.
А там поднялся переполох. Выбежали оттуда слуги — по­сыльные, оседлал каждый по два коня, и разъехались в раз­ные стороны.
Через некоторое время стали возвращаться слуги, а с ни­ми приехало много лам и шаманов. Загремели ламские литав­ры, загудели шаманские бубны — большой шум поднялся в аале.
— Пойду посмотрю, что случилось, — решил Ак Чалгаа и пошел к хану. Видит, на одной стороне юрты ламы хурум со­вершают, на другой шаманы шаманят. А хан сидит возле доче­ри и плачет.
Рассказал один старик, что у царевны пропал зо­лотой браслет, без которого жить она не может.
Сколько ни бились ламы и шаманы — не могли найти золо­того браслета. Обратился тогда хан к присутствующим:
— Кто найдет золотой браслет, того награжу добром из своего добра выше плеча, скотом из своего скота выше головы.
Выступил тут вперед Ак Чалгаа и говорит:
— Зовут меня Кавай-лама. Попытаюсь помочь вам, хан, — и стал бормотать что-то невнятное, делая вид, что молитвы чи­тает.
Потом вышел из юрты и направился в ложбину. Здесь он разыскал золотой браслет и отдал его дочери хана, которая тот же час оправилась от болезни и встала с постели.
Наградил хан старика добром выше плеча, скотом выше головы. Радостно ввалился Ак Чалгаа в свою юрту, где ждала его полуживая от голода и холода старуха.
— На, принимай добычу, — сказал он — показывая на по­дарки хана. — Это тебе не бычий пузырь с маслом.
— Вижу, вижу, что ты лень потерял, добро нашел — отве­чала обрадованная старуха. — Я всегда говорила, что добыча ждет такого славного охотника, как мой муж.
Долго и счастливо жил Ак Чалгаа со своей старухой в своей новой белой юрте.
Рукописный фонд ТНИИЯЛИ. Сказитель Салчак Чанзан из Бай-Тайгинского района. Записал К. Тоюн. Литературная обработка Н. Сердобова и М. Изынеевой. На русском языке опубликовано в сборнике «Тувиснкие народные сказки». Тувинское книжное издательство. Кызыл - 1958