Service Menu

Братья Ак-Сагыш и Кара-Сагыш


Жили два брата – Ак-Сагыш, что значит Белая Душа, и Кара-Сагыш, что значит Чёрная Душа. Ак-Сагыш имел белого коня, Кара-Сагыш – чёрного.
У братьев не было ни родителей, ни жилья, и потому скитались они по свету в поисках пропитания, бродили по аалам-стойбищам, прислуживая другим.  
Однажды ехали они по бескрайней степи, и вдруг небо заволокло тучами, землю накрыл туман, налетели дождь и ветер, и заблудились братья, и в поисках людского жилища направили коней, куда глаза глядят.  
Долго блуждали они и проголодались. И, не зная, где бы им раздобыть еды, ехали и советовались между собой, как же им утолить голод и жажду.
И сказал тогда Кара-Сагыш младшему брату:
— Давай-ка, братец, заколем и съедим этой ночью твоего белого коня, а моего коня заколем завтра утром.
— Ладно, брат, сделаем так, – согласился Ак-Сагыш.
Проголодавшиеся братья тут же сняли седло и всю узду с белого коня, закололи его, съели всё мясо. Затем привязали чёрного коня арканом к колышку и легли спать. Проснулся Ак-Сагыш рано утром и увидел, что старший брат Кара-Сагыш убежал от него, ускакал на своём черном коне.
Загрустил Ак-Сагыш, да делать нечего, и пошёл он дальше. Увидел он реку и сказал себе: «Наверно, будет лучше, если я пойду вверх по этой реке». Шёл он, шёл вверх по реке и увидел шалаш из коры деревьев. Заглянул Ак-Сагыш в шалаш и увидел, что там по четырём сторонам стоят четыре кровати. «Посмотрю-ка, кто здесь живёт» – подумал Ак-Сагыш, выкопал под одной из кроватей яму глубиной в шестьдесят саженей и притаился в ней. Вечером пришли четыре зверя – медведь, лис, волк и кабан, легли на четыре кровати и начали разговаривать между собой.
— Ну, как вы день прожили? Кто какую еду себе раздобыл? – спросил кабан.
— Сегодня было очень много орехов и на земле, и на кедрах. Я весь день радовался, – ответил медведь.
— И я весь день был сыт и доволен. Сегодня и мышей, и пищух было полным-полно и в норках, и снаружи. Так и пищали, и сновали туда-сюда, – сказал лис.
    — Я тоже доволен сегодняшним днём. Саранки и кандыка везде было много, и я весь день ел, выкапывая их двумя серебряными посохами. Свои серебряные посохи я спрятал под бревном у шалаша, – сказал кабан.
— И я хорошо провёл весь день. Тут, рядышком живёт богатый хан* по имени Караты-Хаан. В его владениях пересохла речка, из которой пили воду и его люди, и его скот. И поэтому от жажды очень много пало скота и умерло людей. И я весь день ел мясо умерших людей и павшего скота, – сказал волк.
— Кто теперь сможет спустить им воду? – спросил лис.
— Вверх по течению эту речку перегородил большой чёрный валун – камень величиной с корову. И если приподнять этот валун моими двумя серебряными посохами, как рычагами… — начал рассказывать кабан, но волк тут же оборвал его.
— Не болтай много, надеясь на то, что шалаш наш наглухо закрыт, – сказал он.
Когда наступила ночь, и звери уснули, Ак-Сагыш потихоньку выбрался из глубокой ямы и пустился наутёк. Но перед этим он отыскал и прихватил с
собой два серебряных посоха кабана.
  Убежав оттуда, Ак-Сагыш тут же направился во владения Караты-Хаана. Когда он зашёл в юрту Караты-Хаана, никто не ответил на его приветствие. Наверно, если бы в юрту забежала собака, и то они обратили бы больше внимания. Слуги Караты-Хаана налили ему сыворотки и начали выгонять.
   — Что же вы сразу выгоняете человека, даже не узнав, окажусь ли полезным или бесполезным, – сказал Ак-Сагыш.
И только тогда заговорил Караты-Хаан, безмолвно сидевший до этого.  
— А ты, парень, кажется непростой человек. Можешь ты вернуть в русло эту речку? Разве ты не видишь, что все мы в беде из-за того, что вода, которую пил мой скот, пересохла? – спросил он и добавил. – Если ты спустишь эту воду, то я отдам за тебя замуж свою единственную дочку, отделю половину своего скота и половину своего имущества.
Выслушал Ак-Сагыш слова хана и сказал:
— Дайте мне десять сильных людей.
Хан тут же велел позвать десять самых сильных борцов.
Ак-Сагыш повёл с собой этих десятерых силачей, дал им два серебряных посоха, и с их помощью выковырял с места огромный чёрный валун. И с шумом потекла вода, и случилось невиданное наводнение. Тут как тут прибежали и люди, и животные, чтобы попить воды, как начали толкаться, и утонула половина людей и половина скота. 
Караты-Хаан выдал единственную дочь за Ак-Сагыша, отделил половину скота и половину имущества, поставил ему большую юрту. Затем он сделал его ханом вместо себя и посадил на ханский престол.
Назавтра, когда Ак-Сагыш сидел в юрте один, кто-то заглянул в его юрту и попытался скрыться. «Кто же это?» — подумал Ак-Сагыш и позвал его. Оказалось, что это его старший брат Кара-Сагыш. Ак-Сагыш велел накормить своего еле живого от голода брата. Наелся Кара-Сагыш и спросил:
— Скажи-ка мне, братец, как ты стал таким богатым ханом?
Ак-Сагыш рассказал старшему брату, как он стал ханом.
— Тогда укажи мне, где находится этот шалаш, – сказал Кара-Сагыш.
Ак-Сагыш всё подробно объяснил брату. А Кара-Сагыш про себя подумал: «Если даже этот недотёпа стал ханом, неужели и я не смогу», и пошёл к тому шалашу. Вошёл он в шалаш и спрятался в яме глубиной в шестьдесят саженей, в которой прятался Ак-Сагыш. Вечером вернулись домой четверо зверей, о которых говорил Ак-Сагыш, и начали говорить между собой.  
– Ну что, парни, как день провели? – спросил медведь.
– Я сегодня не нашёл ни мышей, ни пищух. Весь день гонялся по лесу за одной мышью, кое-как поймал её и съел, – сказал лис.
– Кто-то украл мои серебряные посохи, и я кое-как откопал двумя своими клыками одну единственную саранку, да и то сломал себе один клык, – пожаловался кабан.
   – И я сегодня ничего не раздобыл. Еле-еле нашёл на берегу старую гнилую кость, только-только собрался её съесть, да чуть в реке не утонул. Кто же это подслушал наш прошлый разговор и всё им рассказал? Речка Караты-Хана течёт сильным мутным потоком, и там невиданное наводнение, – поведал волк.
– Я тоже сегодня очень плохо провёл день. Смотрю, на верхушке кедра висит одна шишка. Я залез на кедр, сорвал эту шишку, держу её в зубах и дальше смотрю по сторонам, вдруг еще где-то есть орешек. И тут налетел сильный ветер, и я упал с дерева. А когда падал, мне ещё и ветка в задницу воткнулась. Мне так было плохо от боли и жжения, к тому же я ту единственную шишку тоже выронил, да так и не нашёл, – рассказал медведь. 
  Рассказ медведя о своих злоключениях так рассмешил зверей, что все они начали громко хохотать. Не выдержал и Кара-Сагыш. Услышав его смех, звери обыскали весь свой бедный шалаш, нашли его и тут же съели.
А в это время Ак-Сагыш сидел в своей юрте и думал: «Вряд ли брат мой Кара-Сагыш выйдет оттуда. «Плохие мысли беду на собственную голову накликают». Ведь есть же такая пословица предков».




* Царь, правитель тех мест.