Service Menu

Галина Принцева. Родители


(Глава из книги «Долгий путь домой»)
Память равна воскрешению. Существует мнение, что путешествие в прошлое из настоящего – это путешествие по территории фантомов. Нет. Есть то, что называется памятью сердца. Любовь и творчество прошедшего времени не имеют: они либо есть, либо их нет. Жизнь как идея абсолютно равнодушна к нам. Бесстрастно её поступательное движение из прошлого в настоящее, из настоящего в будущее, отстраняющее от нас таких дорогих и таких необходимых спутников.
Мы прощаемся с детством навсегда, но никогда не забываем о нём. Детские впечатления эмоциональная память человека сохраняет на всю жизнь. Прошлое – это благословенная страна любви и памяти. Вот оно: родители – молодые, красивые! – и светит горячее июльское солнце.
Мои мама и отец, Клавдия Васильевна Табаева и Иван Иванович Принцев, стояли у истоков образования нашей республики. Мама – историк, была первым директором кызылской школы № 3. Отец после войны, с фронта, ещё в шинели приехал в Туву, был инспектором Областного отдела народного образования, затем заведовал им, преподавал физику и математику. У них много достойных учеников.
МАМА
1946 год. После окончания Иркутского педагогического института Клавдия Васильевна была назначена директором школы-новостройки № 3, которая расположилась в новом недостроенном здании на улице Кочетова. Сейчас там располагается центр «Аныяк». Вторая половина школьного здания состояла из блоков перекрытий и глубокого котлована. Клавдия Васильевна возглавляла большой и тоже состоящий в основном из молодых учителей коллектив. Учащиеся были из разных школ. Много детей-полусирот. Годы трудные, послевоенные.
Коллега, Александра Мартынова, вспоминала: «Директор была не только молодой, но и элегантной, эффектной, с одухотворённым лицом и умными глазами. «Взявшись за гуж, не говори, что не дюж», – эта пословица словно подсказывала ей и требовала стойкости и выдержки. И эта храбрая, симпатичная особа оказалась крепкой, смелой и настырной».
В 1945 – 1947 годах население Кызыла выросло почти вдвое. Срочно достраивалась школа, иного выхода не было. Новостройка обозначила ряд проблем.
Во-первых, школа сразу оказалась переполненной учащимися. Не хватало парт, их собирали по другим заведениям, мастерили. Во-вторых, не было наглядных пособий. Кабинеты физики, химии, географии были пусты. Учителя, завучи, директор с трудом доставали необходимое. И всё привели в порядок за короткое время. Это сейчас школы сдают под ключ, а тогда даже ключа не было, сторожа просили не уходить, пока не придут завхоз и дежурные.
В-третьих, отопительная система школы, изначально смонтированная с браком, давала сбои. Несмотря на частые ремонтные работы, то текли трубы, то разморозили систему. Начальные классы рассеяли по городу: занятия проводились в Доме культуры (ныне – филармония), в загранкоме (профсоюз учителей), потребсоюзе, коридорах школ №№ 1 и 2. Варили трубы. Было холодно и грязно. Через месяц школа вошла в режим.
Клавдия Васильевна жила в школе, занимая маленькую комнатку. Как вспоминали её коллеги, она выглядела студенческой: узкая кровать, стол, стул, а в углу стоял… скелет. Это было очень ценное методическое пособие, и Клавдия Васильевна его берегла, выдавая только на уроки.
Очень помогали школе родители учеников, например, Василий Фёдорович Дёмин, Салчак Калбакхорекович и Анчимаа Тока, Шома и многие другие.
ОТЕЦ
Отец, Иван Иванович Принцев, родился за три года до начала первой мировой войны в Санкт-Петербурге. После революции семья переехала на родину деда, в Могилёвскую губернию. Там был голод. Дед, чтобы спасти от него семью и односельчан, организовал на базе помещичьего имения сельскохозяйственную артель. Отца, его братьев и сестру в деревне поначалу звали паничами, потому что одевали их в матросские костюмчики (дед служил на флоте). Потом костюмчики поизносились, детей переодели в холст. Ходили они в четырёхлетнюю школу.
Деда убили в 1925 году выстрелом в окно. В годы расцвета Советской власти односельчане ему поставили памятник.
В 1928 году отец окончил семь классов и, чтобы помочь семье, пошёл грузчиком на железную дорогу. В тридцатом поступил в Витебский индустриально-педагогический институт. Работал учителем физики и математики в школе крестьянской молодёжи. Учениками были ровесники и люди гораздо старше его. Началась Великая Отечественная. Отец воевал в составе батальона особого назначения 88 отдельного полка 31 стрелковой дивизии 52 армии 1 Украинского фронта. 9 мая был на территории Чехословакии. По распределению Минпроса приехал в Туву.
Из воспоминаний Александры Мартыновой: «Областной отдел народного образования во главе с Н.А. Сердобовым помогал нашей школе № 3, стараясь снабдить молодой коллектив самым необходимым. К тому времени в районах было уже немало новых школ. Многие из них превращались из начальных в средние. В облоно работал инспектором Иван Иванович Принцев. Чаще всего мы обращались именно к нему. Он добросовестно исполнял свои обязанности. Иван Иванович часто уезжал в командировки, но про нашу школу не забывал. Приходил, участвовал в собеседованиях по анализу уроков. Это был хороший специалист. Владел методикой, помогал по вопросам педагогики и руководства школой».
CЕМЬЯ
В 1947 году родители поженились. В 1953 году, как раз когда школа была достроена, по независящим от них обстоятельствам выехали из Тувы.
Школа в казачьей станице Нижне-Чирской была главным культурным центром общественной жизни. Весной и летом на заасфальтированной площадке перед главным (парадным) входом каждый вечер устраивали танцы старшеклассники. Мы, младшие, как воробьи, лепились рядом на скамейках, смотря во все глаза на эту красоту, и завидовали. Пахло жасмином. Родители – всегда в окружении учеников, всегда с молодежью.
Мама – ёмкий образ той материнской любви, которая не оставляет нас до конца жизни. Женщина, не владеющая своим домом, производит омерзительное впечатление. Мать – владела и ценила порядок и почти хирургическую чистоту. В доме была только самая необходимая мебель и множество книг. Как-то, уже после смерти родителей, в фильме «Светлана» (Аллилуева – Г.П.) я увидела огромный двухтумбовый письменный стол с зелёной суконной столешницей. Обрадовалась так, будто встретила родное существо. Такой стол стоял у отца в кабинете, он работал за ним. Еще там был огромный (тоже) чёрный кожаный диван.
Магия времени заключается в том, что оно навсегда уходит – и навсегда остаётся с нами.
В 1960 году вернулись в Кызыл. Последний этап деятельности родителей был связан с Министерством народного просвещения, под началом Бориса Ивановича Болдур-оола: мама была референтом министра, отец – инспектором школ.
У родителей всегда было очень много друзей. И друзья у них были удивительные: чего стоит, например, один только Пётр Леонтьевич Мартынов – в Великую Отечественную попал в плен, прошёл ад немецких концентрационных лагерей, бежал, участвовал в польском Сопротивлении. Однажды я пригласила его на встречу со своими филологами, и он вошёл в аудиторию во всех своих боевых наградах. У студентов открылись рты, и они непроизвольно встали.
Мама была милосердным человеком, наверное, поэтому рано – в 57 лет – ушла из жизни. Много лет спустя, 7 апреля 1998 года, на Благовещение, не стало отца. Он прожил долгую, полную и красивую жизнь, оставив после себя интереснейшие рукописи, которые я сейчас читаю. Оставив добрую и отрадную память, свою работу на благо становления и развития народного образования.
Когда отец ушёл из жизни, мы не стали разъединять два портрета из семейного альбома: мамин и его. Поминальная свеча горела чисто и ярко у двух любимых лиц.
Все мы родом из детства. Моё детство было счастливым и гармоничным, и, хотя я достаточно рано поняла, как нелёгок учительский хлеб, когда пришла пора определяться – пошла дорогой своих родителей, стала их верным потомком. Мой любимый праздник до сих пор – первое сентября, праздник вечной педагогики, которая у меня в генах. Этот праздник всегда был главным в родительской семье. Ученики дарили родителям столько цветов, что они не помещались ни в каких вазах и даже вёдрах – их ставили в ванну. Цветы, праздничный стол, и мы, семья, начинали новый учебный год. В скверное время одичания такие воспоминания помогают жить.
У фонарей кружится снег нашего детства – и будет кружиться, пока о нас помнят и с нами говорят.
Галина ПРИНЦЕВА
«Тувинская правда», № 8 от 29.01.2011