Service Menu

Бедный рыбак Багай-оол


Давным-давно в верховье Кара-Хема жил Караты-хан, а в устье этой реки — лама[1] и два его послушника. Между их аалами стоял чум бед­ного рыбака Багай-оола[2]. У Багай-оола была чёрная злая собака с рыжими пятнами. Однажды лама подумал: «Закон запрещает мне жениться. А как же жить без жены? Возьму-ка я себе Золотую царевну — дочь Караты-хана».
Поехал лама в гости к Караты-хану. Три дня и три ночи они праздновали. Каждый день лама подсыпал хану в араку[3] ядовитые травы. На четвёртый день он вернулся домой. Не успел уехать лама, как хан почувствовал себя больным. Приехали ханские слуги приглашать ламу лечить Караты-хана. Снова собрался в путь лама, а своим послушникам на­казал:
— От аала Караты-хана я отправлю вниз по реке золотой сундук. Вы этот сундук вытащите, отнесите в мою юрту, но не смейте его открывать.
Приехал лама к Караты-хану, кинул гадальные кости и стал причитать, как по покойнику. А потом сказал:
— Если вашу дочь — Золотую царевну, излучающую сияние луны и солнца, положить в золотой сундук и бросить в Кара-Хем, тогда вы излечитесь от своей болезни, хан.
Хан возразил:
— Не могу я этого сделать. Я уже старый человек. Коль мне умереть, так умру, а свою юную дочь в воду не брошу.
Лама снова подсыпал хану в еду ядовитой травы. Совсем плохо стало хану, не вытерпел он и позвал ламу:
— Страшно мне умирать, и тело не терпит боли. Я — хан, властитель четырёх стран, мне жить нужно. Пошли мою дочь вниз по Кара-Хему. Не ей решать дела государственные, не ей подстерегать и стрелять зверя на косогоре.
Положили дочь Караты-хана в золотой сундук, обтянули его сыромятной коровьей кожей и пустили вниз по Кара-Хему.
Лама дал хану целебную траву и очистил его от яда. Три дня и три ночи праздновали они на радостях.
В это время бедняк Багай-оол сидел на берегу реки и ло­вил рыбу. Вдруг видит: плывёт по реке какой-то большой ящик. Зацепил его Багай-оол длинной палкой и вытащил на берег. Это был золотой сундук. Принёс его в свой берестя­ной чум, открыл, а в сундуке — прекрасная Золотая царев­на. Посадил Багай-оол в сундук, вместо Золотой царевны, свою злую собаку, снова обтянул его кожей и пустил вниз по реке.
Долго ждали ламские послушники, когда же приплывёт золотой сундук, глаз с реки не спускали. Наконец, увидели: плывёт сундук по реке, поймали его и отнесли в юрту ламы. Через некоторое время приехал и сам лама, радостный и тор­жествующий. Узнав, что сундук уже в юрте, он, потирая ру­ки, сказал:
— Ну, послушники, сегодня я буду совершать тайный священный обряд, не смейте входить ко мне, что бы вы не услышали,— приказал он и ушёл в свою юрту.
Зашёл лама в юрту и сразу же кинулся к сундуку. Не только он приоткрыл крышку, как из сундука выскочила ог­ромная чёрная собака и бросилась на ламу. Закричал лама, застонал и стал звать своих послушников. Но послушники помнили, что приказал им лама, и не пошли к нему. Собака искусала ламу и убежала.
А рыбак Багай-оол всё не отходил от прекрасной царевны, не отрываясь, смотрел на неё. Даже рыбачить перестал.
Однажды царевна спросила:
— Что с тобой? Ты, говорят, раньше много рыбачил, а теперь почему засиделся дома? И так у тебя ничего нет, а если ещё и рыбы не будет — совсем будем голодными.
— Не могу я наглядеться на тебя, — ответил Багай-оол.
— Тогда я нарисую себя, — сказала ему царевна. — Смотри на моё изображение и рыбачь.
Багай-оол всегда брал с собой рисунок. Домой он прино­сил много рыбы.
Всё было хорошо. Но однажды вдруг подул сильный ве­тер, вырвал из рук Багай-оола рисунок с изображением жены и унёс неизвестно куда. Долго искал его Багай-оол, но не нашёл, и печальный вернулся домой.
— Что с тобой, Багай-оол? Отчего ты печален? — спроси­ла его царевна.
— Ветер вырвал из рук твой рисунок и унёс его неизве­стно куда. Вот отчего я печалюсь, — ответил Багай-оол.
— Теперь потухнет твой очаг, — сердито сказала краса­вица. — Кто-нибудь найдёт моё изображение и разлучит нас с тобой.
А рисунок летел, летел по ветру и прилетел в аал одного хана.
Ханская служанка нашла его и принесла хану. Посмотрел хан и сказал:
— Где-то живёт замечательная красавица. Я хочу же­ниться на ней.
Собрал он своё войско и поехал вверх по Кара-Хему.
Ехал хан, ехал и приехал к берестяному чуму бедного рыбака Багай-оола. Увидел его красавицу-жену и приказал войску: царевну захватить, а чум разрушить.
Увёз хан прекрасную царевну к себе в аал. Остался Ба­гай-оол один. Долго плакал и горевал он, а потом отправился в путь искать свою жену.
Шёл он, шёл и повстречался с седоголовым стариком, который пас телят. Почтительно поздоровался с ним Багай-оол:
— Мир тебе, дедушка!
— Где твой аал-стойбище, как твоё имя-прозвище, куда ты идёшь, сынок? — спросил старик.
Багай-оол рассказал седоголовому старику о своём горе.
— Послушай, сын мой, — сказал седоголовый старик, —иди вверх по течению Кара-Хема, в аал Караты-хана. Наймись к нему на три года пасти овец. За работу попроси серого комолого быка, медвежью доху и волчью шапку. Возьми всё это и поезжай на юг, в бескрай­нюю жёлтую степь. Там найдёшь свою жену.
Поблагодарил Багай-оол старика и отправился в аал Ка­раты-хана.
Три года подряд пас Багай-оол ханских овец. За свою ра­боту получил он серого комолого быка, медвежью доху и волчью шапку.
Тем временем целых три года не улыбалась жена Багай-оола. Ни хан, ни его служанка не могли её развеселить. Даже уголки губ её ни разу не дрогнули в улыбке.
И вот однажды к юрте хана подъехал на сером комолом быке человек, одетый в медвежью доху и волчью шапку. Увидела его царевна и звонко, радостно засмеялась.
— Ты же за три года ни разу не улыбнулась, царевна, да­же уголки губ у тебя ни разу не дрогнули в улыбке. Кто же сейчас тебя развеселил? Неужели этот нищий парень? — спросил хан.
— Мне нравится его медвежья доха и волчья шапка. К тому же он так смешно сидит на сером комолом быке, — ответила красавица. — Вот если бы ты, хан, так нарядился, да на зорьке приехал к своей юрте, я бы ещё больше смея­лась.
Обрадовался хан, подозвал к себе Багай-оола и поменял­ся с ним одеждой. Поздней ночью хан поехал на быке в степь, чтобы рано на заре приехать и рассмешить красавицу.
А царевна тем временем уложила Багай-оола в ханскую постель, позвала всех подданных хана и сказала:
— Ваш хан заболел. Жизнь его — на волоске, на острие ножа. Вчера его заразил чёрт в образе человека в медвежьей дохе и волчьей шапке. Ездит он на сером комолом быке. Ут­ром снова приедет сюда. Хан велел убить его. Когда вы на него нападёте, он закричит: «Я ваш хан! Я ваш хан!» Но вы не верьте и побейте его.
Рано утром выстроилось ханское войско вокруг аала в три ряда. Всё было так, как сказала красавица.
По жёлтой степи ехал человек на сером комолом быке. На нём была надета медвежья доха и волчья шапка.
— Вон чёрт едет. Он хочет убить хана! — закричали воины и стали стрелять в него.
— Я ваш хан, я ваш хан! – кричал переодетый Караты-хан, но все же они его побили.
Скот и добро хана Багай-оол роздал бедным людям, а сам счастливо зажил со своей Золотой царевной.
 




[1] Лама – монах.

[2] Багай-оол – нищий парень.

[3] Арака – водка из молока.